Ради жизни на земле

  • 09 января 2019
  • 17:03

Переправа, переправа!
Берег левый, берег правый,
Снег шершавый, кромка льда…
Кому память, кому слава,
Кому темная вода, —
Ни приметы, ни следа…

А. Твардовский

Знаменитый поэт и прозаик Александр Твардовский — воистину великий летописец народного подвига в период Великой Отечественной войны. Его поэма «Василий Теркин», посвященная герою-бойцу, так ярко и емко отражает действительность, что созданный автором образ кажется реально существующим. Прототипом ему мог послужить абсолютно каждый человек, не жалеющий себя, когда речь заходит о судьбе Родины. В том числе и бывший завуч Тимской средней школы, ветеран вов Михаил РУСАНОВ.
Решив подготовить небольшой рассказ о своем земляке Михаиле Николаевиче, я ни минуты не задумывался об эпиграфе к повествованию, строки Александра Трифоновича так и крутились у меня в голове…

Михаил Русанов

Из личных воспоминаний

Михаил Русанов родился в 1920 году в селе Погожее Тимского района Курской области. В каком институте и когда он учился, мне неизвестно, но в начале 1960-х годов Михаил Николаевич работал завучем (а также и директором) в школе нашего райцентра. Правда, было это недолго. Скажу, что мужчина он был высокий, сухощавый и весьма строгого вида. Мы, мальчишки, его побаивались: он, в отличие даже от директора школы Федора Герасимовича Рудакова, тоже, кстати, фронтовика, казался нам тогда излишне суровым. Лодырей и юных шалопаев другие педагоги водили именно к нему на «воспитание».
Еще запомнились утренние линейки на первом этаже нового здания трехэтажной школы — в армии подобного рода построения называются «развод на занятия». У нас они проводились не ежедневно, а раз в неделю. Михаил Николаевич с неизменной указкой проходил по коридору вдоль классов, оглядывая собравшихся. Уже не скажу, какие проблемы тогда все обсуждали, но его «борьбу за внешний вид учащихся» я помню до сих пор. Замечу, что в то время ученицы старших классов — под влиянием французских кинофильмов — стали подражать зарубежным актрисам, делая высокий начес на голове. И вот эти самые прически-домики, в которые Михаил Николаевич направлял указку, часто являлись предметом язвительной критики, звучащей из уст нашего завуча.
Супруга Михаила Русанова преподавала ботанику и биологию, а он сам — историю. В моем классе занятий педагог не вел, но выступал с докладами на вечерах, посвященных Дню Советской армии. Запомнились его рассказы о нашем земляке Александре Дмитриевиче Русанове (видимо, однофамильце Михаила Николаевича) — активном участнике партизанского движения, попавшем раненым в фашистский плен. В немецкой тюрьме Александр Дмитриевич познакомился с военным корреспондентом, поэтом Мусой Джалилем.
Увы, судьба двух этих патриотов была весьма трагической. Они приняли муки пыток и погибли, но остались верными своей Родине! Однако совсем недавно я узнал, что после войны великого татарского поэта подозревали в предательстве. Потом, к счастью, благодаря уцелевшим тетрадям со стихами, написанными им в тюрьме, писателю-фронтовику Константину Симонову удалось отстоять честное имя Мусы Мустафовича.
Возвращаясь к личности Михаила Русанова, сейчас не могу вспомнить, носил ли он боевые ордена, но, занявшись подготовкой данной статьи, я оказался поражен наградами, к которым фронтовик был представлен в 1943-1945 годах. Вот в порядке вручения список его боевых регалий: орден Отечественной войны I степени, орден Красной Звезды, орден Отечественной войны II степени, орден Красного Знамени, орден Богдана Хмельницкого III степени.

Всегда в первом эшелоне

Михаил Русанов был призван в Красную Армию в 1940 году. Его боевой путь прошел через Юго-западный, Центральный и 1-й Белорусский фронты.
Начинал боевой путь лейтенантом, закончил войну в звании гвардии капитана командиром 16-го отдельного гвардейского саперного эскадрона. Михаилу Николаевичу и другим саперам по роду службы приходилось быть всегда впереди, на виду у противника и под его огнем. Особенно при наведении переправ, ведь на берегу или на середине реки уже не спрячешься, все просматривается и насквозь простреливается. Недаром же сказал поэт Александр Твардовский, «кому слава, кому темная вода…» К счастью, офицеру Русанову везло, или был у него за спиной надежный ангел-хранитель.
Когда саперы по ночам устанавливали проволочные заграждения, противотанковые и противопехотные мины или, наоборот, проделывали проходы в немецких минных полях, сооружали дзоты, — приходилось все же полегче, так как спасала земля-матушка, к которой можно было прижаться всей грудью. Иное дело — сооружать переправы или мосты через реки. Недаром эта труднейшая работа отмечена столь высокими орденами.
Приведу выдержки из Наградного листа №248 за апрель 1945 года.
«В период наступательных действий дивизии с 14 по 30 апреля с.г. тов. РУСАНОВ проявил образцы храбрости и мужества и организаторские способности в обеспечении переправ частей дивизии через водные преграды и уничтожении минных заграждений противника.
При переправе боевых порядков частей дивизии через водные преграды в районе Ораниенбург тов. РУСАНОВ организовал переправу на подручных средствах под огнем противника, тем самым обеспечил захват плацдарма на западном берегу водных преград.
Тов. РУСАНОВ из рыбачьих лодок в исключительно кратчайший срок навел штурмовой мостик, по которому были пропущены коноводы и повозки с боеприпасами, что содействовало успешному выполнению боевой задачи.
За проявленное мужество и бесстрашие тов. РУСАНОВ достоин награждения орденом «КРАСНОЕ ЗНАМЯ».

В данном Наградном листе приведен лишь один фронтовой эпизод по форсированию реки на территории Германии, а сколько их было в биографии нашего земляка за тяжелые годы войны, сколько сил и нервов было затрачено при строительстве мостов! Страшно представить…

P.S. Благодарю директора Тимского краеведческого музея Владимира КУРАКУЛОВА за предоставленный фотопортрет Михаила Русанова.

Вячеслав Жидких

Вернуться к списку

Вас также может заинтересовать:

ВСЕ новости