Камбоджа глазами курянина: Парк Бокор, Сиануквиль и Ангкор-Ват


Продолжаем путешествие по Камбодже вместе с корреспондентом РИА «Курск», изучающим Юго-Восточную Азию


Камбоджа глазами курянина: Парк Бокор, Сиануквиль и Ангкор-Ват

В первой части нашего путешествия по Камбодже мы посетили места, свидетельствующие об испытаниях, с которым ее народ столкнулся полвека назад при находящихся у власти «красных кхмерах». А также узнали о том, как на азиатскую страну в разные периоды истории влияли иностранные государства.

Где-то в Слоновьих горах Камбоджи…

Гуляя по Кампоту, мы набрели на перечные плантации. Провинция славится своим душистым перцем, равно как и тем, что здесь выращивают пахучий дуриан. Фрукт этот довольно дорогой, а из-за специфического серного запаха его запрещено вносить в отели и общественный транспорт. Тем не менее, многие дуриан любят. В Кампоте любят настолько, что даже поставили памятник и завалили им местный рынок.

Но городок в наш маршрут был включен вовсе не потому, а по причине близости Национального парк Бокор. И так совпало, что как раз туда рано утром повез нас новый приятель Сино.

Бокор – покрытые джунглями горы с пещерами, водопадами и богатым животным миром. Считается, здесь обитает самое крупное слоновье стадо в Индокитае. Впрочем, животных мы не встретили нигде кроме названья Слоновьих гор. Говорят также, будто их популяция несколько пострадала, натыкаясь на оставшиеся в окрестностях противопехотные мины – отголосок боев с красными кхмерами.

Большую часть дней в году здесь сыро, туманно и моросит дождь. Хотя именно из-за прохладного климата, спасаясь от тропической жары, французские колонизаторы в 20-х годах прошлого века построили на самой вершине турбазу с казино. Единственная существующая дорога наверх, включающая три моста через ущелья, проложена по серпантину еще тогда.

На подъеме в гору вырастает 29-метровый памятник, похожий на сидящего Будду. На самом деле - мифическая героиня камбоджийского буддизма Лок Еай Мао, покровительница путешественников, охотников и рыбаков.

Это новый монумент, чего не скажешь о расположенных неподалеку остатках королевской виллы, сто лет назад подаренной Сисовату Монивонгу, условно остававшемуся монархом всецело зависимой от Франции территории.

Проехав еще несколько километров, натыкаешься на заброшенную католическую часовню. Каменные стены ее, внутри исписанные на английском и кхмерском, снаружи художественно покрыты красной плесенью, придающей вид загадочный и немного устрашающий. Еще и от статуй Иисуса и Девы Марии отколоты куски. Но кто-то продолжает зажигать на алтаре свечи и делает попытки замазать граффити.

Заброшенное французское казино

Однако главное оставленное французами сооружение, сыскавшее некогда элитному курорту славу «города призраков» - расположенный на высокогорном плато отель-казино. Он построен у самого обрыва. Сразу за смотровой площадкой, откуда в ясную погоду открывается завораживающий вид на Сиамский залив, начинается отвесная стена более чем 500-метровой высотой.

Здание перестало использоваться несколько десятилетий назад. В постоянной сырости голые стены почернели и обросли мхом. Через прохудившиеся бетонные перекрытия большой каминный зал, холл и номера, где отдыхали богачи, заливают дожди. А сквозь пустые проемы окон и дверей на глазах входит туман – густой, словно в нем одна пустота.

Мы, кстати, стали одними из последних, кто увидел старый отель таким завораживающим. Вскоре его восстановили, провели ребрендинг и открыли для отдыхающих, присвоив максимальные пять «звезд». Правда, с этим Бокор потерял как минимум половину прежней притягательности.

Необыкновенный тук-тукер

У Камбоджи есть выход в море. А где имеется море, там и пляжи, и все необходимое, чтобы с пользой для тела и духа провести денька три.

Власти хотят сделать из Сиануквиля камбоджийскую Патайю. Они активно зазывают китайских инвесторов, чтобы те превратили береговую линию в сплошную стройку. Пока реализовать грандиозный замысел удается, к счастью, лишь отчасти. Поэтому в нашем распоряжении оказались навес, позволивший спрятать палатку от начавшегося ночью дождя, а когда утром прояснилось - теплая бирюзовая вода, скрипучий как снег песок, дешевые манго и уличная еда.

К бабушке, продающей сырники с кокосом и домашние вафли, мы наведывались вновь и вновь. По неповторимости ее стряпне не уступают только местные кэбы. Какой-то умелец (а почерк на всех гибридных автомобилях Сиануквиля один) переделал легковушки в полукабриолеты с новой более высокой крышей, хромированными поручнями и опускающимися по желанию ширмами.

На выезде из города продавались зеленые кокосы. Это те же плоды кокосовой пальмы, что в изобилии попадают к нам в Россию, но собранные на полгода раньше. Поэтому в них больше воды и мягкие стенки - мякоть едят ложкой, сделанной из скорлупы.

Уже по другой дороге мы возвращались в столицу, а оттуда, еще раз переночевав у Питера, стартовали в Баттамбанг.

У рабочих пригородных текстильных фабрик закончилась смена. По общежитиям их развозили в открытых грузовиках, никак не приспособленных для перевозки людей. Тем более что напихали бедняг туда столько, что поместиться они могли только стоя и тесно прижавшись друг к другу.

По словам нашего попутчика, камбоджийца Панье, за неимением чего-то лучшего сюда стягиваются жители из сельской местности. При легальном трудоустройстве и месячном жалованье 150-200 долларов им предоставляют один выходной в неделю и до 18 дней ежегодного отпуска.

В Камбодже иностранцам не дают прохода тук-тукеры. Вероятно, в мототаксисты идут люди от природы беззастенчивые и назойливые. Для посещения туристических мест я даже купил на рынке футболку с надписью «No tuk-tuk today» (англ. - Сегодня никакого тук-тука). Американцы и европейцы, прочитав, одобряюще кивали - видно, написали бы то же самое даже у себя на лбу, тук-тукеры недоумевали: «почему нет?».

И все-таки в Баттамбанге мы встретили удивительного представителя их братии, который вместо того, чтобы навязывать свои услуги, бесплатно подвез, посадил нас в тенек и дал по бутылке воды, а сам застопил пикап.

Город в джунглях, достойный атлантов

На носу был Новый год. У камбоджийцев два излюбленных места для его встречи. Помимо морского побережья Сиануквиля это городок Сиемреап, расположенный недалеко от храмового комплекса Ангкор-Ват.

Сказать просто, что Ангкор - главная достопримечательность страны, значит, не сказать ничего. Он основа национального самосознания, сокровище кхмерской, да и мировой культуры, религии и архитектуры.

Ангкор поместили на флаг Камбоджи. Им крайне гордятся и даже пьют в виде одноименного пива, чьи крупные рекламные вывески размещены на витринах едва ли не трети магазинов страны.

Мы не знали, как подступиться и за день объять то, что распростерлось на 200 с лишним гектар, пока не сели на велосипеды. Арендовали их с вечера, поскольку, чтобы встретить рассвет в Ангкоре и в принципе все успеть, выдвигаться нужно было очень рано. А жили в получасе езды оттуда, в доме вьетнамки Ан, которую за все пять дней увидели только один раз, поскольку она пропадала в Хошимине.

Некогда Ангкор-Ват был столицей и находился в сердце кхмерского королевства, включающего, помимо Камбоджи, часть нынешних территорий Вьетнама, Лаоса и Таиланда. Начиная с XII века здесь воздвигались монументальные сооружения в честь индуистского бога Вишну. Каждый новый правитель строил все новые грандиозные по исполнению храмы, часто имеющие форму ступенчатой пирамиды, усыпальницы, святилища. Их встраивали в сложную сеть водохранилищ, каналов, дамб, насыпей, рвов и прудов. Однако в какой-то момент эта же система, поначалу позволившая городу стремительно развиваться, дала сбой, и водные ресурсы Ангкора истощились.

Постепенно Ангкор был людьми покинут, а в XV веке прекратил свое существование, на несколько столетий канув в небытие. В руинах искали уединения лишь буддийские монахи, пока в 1861 году затерянный в джунглях город не был заново открыт европейскими исследователями. Считается, что именно Ангкор вдохновил английского писателя Редьярда Киплинга на рождение «Книги джунглей» с главным персонажем Маугли.

В Лаос на мотоблоке

А дальше на север карта все больше вела нас второстепенным дорогами, от деревни к деревне, вплоть до последнего сколько-то хоть крупного населенного пункта Стынгтраенг. Мы с ветерком прокатились в открытом кузове внедорожника по соседству с мешками навоза, переночевали под банановыми деревьями. Но, пожалуй, заключительная глава о Камбодже будет неполной без упоминания еще трех случайных знакомств.

Это подвозивший нас католический священник, до поступления в семинарию работавший простым камбоджийским учителем. Это живущий на берегу Меконга 40-летний чех, во дворе которого мы поставили палатку и который вспоминал о том, как его родители-коммунисты устроили ему взбучку за нежелание быть пионером и носить красный галстук.

И конечно, это Хем Бантинг – знаменитый камбоджийский марафонец, о котором перед его участием в летних Олимпийских играх в Пекине Би-Би-Си писало, что у тренирующегося и живущего в нищете бегуна нет даже нормальных кроссовок.

Узнав, что я тоже журналист, Хем рассказал, что с тех пор, когда он находился в зените славы и не единожды бил национальные рекорды, в Камбодже мало что поменялось, а марафонцы не получают практически никакой поддержки даже несмотря на старания международного олимпийского комитета. За десять лет выступлений на международной арене он пробежал марафоны в Индии, Южной Корее, Таиланде, Катаре, Японии, Германии, Ливане. Жаль, в 2015 году из-за проблем со здоровьем Бантингу пришлось прекратить тренировки.

До границы с Лаосом оставалась шестая часть стандартной марафонской дистанции, каких-то семь километров, что вполне можно было бы пускай и не пробежать, а пройти пешком. Если бы не двигающийся с крейсерской скоростью в сторону КПП мотоблок, на котором ехала крестьянская семья: молодые супруги и двое их маленьких детей. На сколоченный из досок прицеп мы и запрыгнули с рюкзаком за плечами.

На этом наше азиатское приключение, естественно, не заканчивается…

(продолжение следует…)

Роман ДОРОЖНЫЙ, фото автора