Курский поэт Егор Полянский: простые истины на всю жизнь


К 90-летию со дня рождения литератора, прославлявшего Курский край


Курский поэт Егор Полянский: простые истины на всю жизнь

Сегодня Курск отмечает 90-летний юбилей одного из тех своих сыновей, кто в силу своего призвания всю жизнь воспевал родной город – Егора Полянского. Нет, наверное, другого автора, у которого столько поэтических посвящений Курску, его особенностям и символам - от герба до курского Тимони.

Приглашение в Курск

Окрестность и в бинокль необозрима!
Здесь Тютчев славил лета благодать.
Впервые к нам – с дней покоренья Крыма –
из-за границы едут отдыхать.
На вышку парами восходят луны,
легко с трамплина прыгают в бассейн,
где нереиды – дочери Нептуна
облюбовали пресноводный Сейм.
Что ж, приезжайте! Солнечное братство
и я, как Тютчев, на реке люблю.
А на прилавках – овощное царство,
«радиактивность» сведена к нулю.
В наследстве нашем – маршал Рокоссовский,
в кругу друзей – все слушал да молчал,
но первый залп салюта августовский
в ночной Москве – отсюда прозвучал!
Еще – богаты соловьиной славой.
На ней тысячелетия печать:
Центрально-соловьиною державой
отныне нас извольте величать.
Ну, а концовка в песне, как и прежде,
что со Светловым пели мы вдвоем:
«Цвети, мой Курск! И пусть любой приезжий
себя считает курским соловьем».

Родился будущий поэт 10 ноября 1932 года в селе Шилово Тульской области. Тем не менее, Егор Иванович был курянином, что называется, до мозга костей. Причём, потомственным, ведь и отец его и дед родом из Курской области, а сам он уже в 2-летнем возрасте оказался на ПМЖ в Курске.

Свои первые стихи молодой поэт опубликовал в «Курском альманахе» в 1950 году. К сожалению, номер с дебютом Егора Полянского в курских библиотечных ресурсах не сохранился, известно, однако, что это была подборка стихотворений, первое из которых носило весьма созвучное эпохе название – «Подарок товарищу Сталину».

И в целом творчество Егора Полянского созвучно эпохе, это тема советского патриотизма, верности идеалам революции, чему посвящено огромное множество стихотворений, среди которых и произведение большой формы – поэма «Товарищ Артём». На этом основании кто-то может обвинить автора в конъюнктуре, однако в таких случаях всегда нужно помнить завет Пушкина: поэта нужно судить по «законам, им самим над собой признанным».

Тем более, что и жизнью своей Егор Иванович стремился соответствовать тем идеалам, которые проповедовал в своём творчестве. Ещё в студенческие годы он ездил на целинные земли Алтая, на Байкал, результатом чего стала «Книга о Сибири».

Метелица

Эх, русская, хрусткая буря-метелица!
Шагнешь за порог – так за шапку держись!
Снег крошевом кружится, кружевом стелется.
Сосульки дрожат, сотрясая карниз.
Ветра громыхают по крыше заплатами.
Темно на душе у ребят и девчат.
Холодные стекла барака заплаканы.
Гармошки молчат и гитары молчат.
Одною мы болью больны за товарища.
Нам крыша одна и обида одна:
от Лёньки Крылова, хорошего сварщика,
уехала в город со стройки жена.
Она, позабыв общежития правила,
ни с кем не простясь, укатила домой.
Билет комсомольский на стуле оставила,
а ложки и плошки забрала с собой.
Дебелые сосны да елочки белые, –
красивой девчонке – на черта ей глушь?..
И снег, и бараки – всё здесь надоело ей,
не создал уюта – так значит не муж.
Поймите, девчата, умелые, смелые –
железная стройка на наших плечах!
Нет, мы на карьерах карьеры не делаем,
руду добываем и плавим в печах.
Нас тут не встречали небесною манною:
ворочай ковшами, баранку крути!
Не сразу бывает, чтоб – комната с ванною,
закончится стройка, мы снова в пути.
Любимые! В окна к нам бьется метелица,
какое ей дело до чьей-то беды?..
По снежной России метелица стелется
и заметает пустые следы.

Как видим, это те же настроения, та же атмосфера – и даже слова-образы! – которые характерны таким киношедеврам, артефактам эпохи, как «Девчата», «Карьера Димы Горина», «Весна на Заречной улице». Из этого же поколения комсомольцев-активистов и курский поэт Егор Полянский.

По рекомендации своих товарищей – молодых курских писателей, он был направлен на учебу в Литинститут имени М. Горького, после окончания которого – в 1956 году – вернулся в Курск. Некоторое время проработал в местной газете, а затем полностью посвятил себя писательскому труду. В 1958 году Егора Полянского приняли в Союз писателей, который в те времена представлял собой весьма значительную и авторитетную организацию (никакого сравнения с сегодняшним её рудиментом). Впрочем, к некоторым «забронзовевшим» своим коллегам у Егора Ивановича уже тогда складывалось ироническое отношение.

Зачем обидел я поэта?
Увенчан лаврами, он ждал
не просто доброго совета –
категорических похвал.
И за слова свои отныне
я для него (ей-ей, не вру!)
как вопиющий глас в пустыне
или непьющий на пиру…

В перестроечные годы и в последнее 10-летие своей земной жизни (ум. в 1999 г.) Егор Полянский заметно расширил тематический диапазон. Фиксируя изменившуюся ситуацию, а также подытоживая пройденное, Егор Иванович создаёт столь знаковые стихотворения как «Спустя полвека», «Вношу ясность» (посвящение А. Солженицыну), «Ночь на кресте», «Терновник», «Пушкин», «Про Дантеса». И, на мой взгляд, это наиболее интересный период творчества Полянского, требующий отдельного – внимательного и непредвзятого – анализа.

Но наш краткий обзор будет всё же неполным, если мы не упомянем ещё одну грань творчества Егора Ивановича – его детские стихи. «Медведь на льдине», «Я и Колька», «Новый знакомый», «Про чудака», «Что белее молока», «Вовка будет моряком», «Петя и Дед Мороз», - здесь у Полянского было сформулировано собственное кредо: «Мечтаю написать такую книгу, которая стала бы вашим спутником на всю жизнь».

И надо сказать, что для нескольких поколений незамысловатые истины Егора Полянского действительно остались на всю жизнь. Как ностальгия по красивой и светлой эпохе, оставшейся в детстве.

 

О детства скверик заводской
с лесной красавицей,
куда весь школьный род людской
с утра сбегается!
Гирлянды, бусы и шары
в аллеях скверика,
как будто звездные миры
времен Коперника.
Там снег, слетающий с ветвей,
вокруг порхающий,
на желтых лунах фонарей
от счастья тающий.
Там ель в морозных огоньках,
ребят манящая,
продрогшая на сквозняках,
чуть-чуть звенящая.
Туда!
Вдоль мраморных берез,
знакомой улочкой!
Стою и жду,
твой Дед Мороз:
ау, Снегурочка!
Я приходил сюда раз сто,
моя красавица!
Но скверик пуст. И мне никто
не откликается…

Олег Качмарский

Фото из архива Литературного музея Курской области